Космос и Человечество

Спустя полвека в эфире снова прозвучало знаменитое гагаринское «Поехали!». Прозвучало из уст командира корабля «Союз ТМА-21» Александра Самокутяева. Корабль получил собственное имя «Гагарин» в честь первого космонавта Земли. 5 апреля он был запущен с космодрома Байконур. На Земле с расстояния всего в один километр за этим событием наблюдала супруга космонавта Оксана. А через двое суток «Союз ТМА-21» успешно состыковался с Международной космической станцией. Какие чувства вызывал у Оксаны Самокутяевой этот старт, что напомнит Александру в полете о семье и почему раньше жены космонавтов не присутствовали на Байконуре, выясняли «Новые Известия». – Оксана, поздравляем с успешным стартом и стыковкой. Рады за экипаж, что все прошло штатно. – Ребята, несмотря на то что являются новичками и это их первый космический опыт, действительно показали высокий профессионализм, об этом много говорили на пресс-конференции, которая состоялась в ЦУПе (Центр управления полетами. – «НИ») сразу после стыковки. За себя скажу, что я ни секунды не сомневалась в них, поскольку видела, как они в течение нескольких лет готовились к полету. Хотя волнение все равно присутствовало. Мы вместе с Сашиной мамой, братом, моей сестрой, нашими друзьями наблюдали весь процесс в ЦУПе, а после того, как космонавты перешли на МКС, смогли поговорить с ними и в числе первых поздравить. – Вы провожали Александра на Байконуре. Какое впечатление на вас произвел старт? – До того момента, пока ракета не оторвалась от Земли, мне не верилось, что мой супруг летит в космос. Мы находились на расстоянии всего одного километра от стартового стола. Трудно передать словами, какие чувства переполняли меня в тот момент: и трепет, и счастье, и сильное волнение. Обратный отсчет звучал в полной тишине: «Три, два, один, старт!» А когда ракета оторвалась от Земли, ночное пространство буквально взорвалось от аплодисментов и криков «ура!». Потом мы могли слышать радиообмен, который экипаж вел с Землей. – Раньше ведь супруги не присутствовали на старте? – Действительно, раньше не приветствовалось, чтобы супруги присутствовали на старте. Космонавты – довольно суеверные люди. Они, например, никогда не говорят слова «последний» – только «крайний», не дают автографов, пока не совершат первый полет в космос, перед стартом обязательно смотрят фильм «Белое солнце пустыни» и так далее. Так вот, одним из таких суеверий было то, что женам нельзя находиться на Байконуре во время старта. Когда Саша поступил в отряд космонавтов, он придерживался такого же мнения. Но, как говорится, все течет, все меняется. В последние годы супруги стали присутствовать на стартах, я не помню сейчас, кто из наших космонавтов создал такой прецедент. Но прецедент был создан, и все прошло удачно. И мой муж поменял свои взгляды на этот вопрос. Мое личное мнение, что присутствие семьи там обязательно. Во-первых, такое событие случается в жизни не каждого человека и даже не каждого космонавта. Не секрет, что не каждый, кто готовится к полету, отправляется в космос. А во-вторых, когда в такой ответственный и волнительный момент рядом родные лица, то и дышится легче, и на душе становится спокойнее. – Чем для космонавтов заполнены несколько предшествующих полету дней на Земле? – Члены и основного, и дублирующего экипажа прибывают на Байконур за две недели до старта. Все дни расписаны по минутам, кроме того, у них идет перестройка времени, ведь МКС живет по Гринвичу. Проводится регулярный медицинский контроль, различные тренировки и занятия, космонавты занимаются изучением программы полета экспедиции МКС-27/28, подготовкой к факторам космического полета, проходят обязательные пресс-конференции, во время которых космонавты находятся за стеклом. Естественно, и отдых, и сон. А день непосредственно перед стартом полностью посвящен отдыху. Интерес к старту был огромный, местные жители говорили, что не припоминают, чтобы было столько прессы. – А как общались с супругом? – У него был телефон, поэтому поговорить удавалось всегда, как только у него выпадала свободная минутка. Всех, кто непосредственно контактирует с космонавтами, врачи обязательно осматривают, измеряют температуру, расспрашивают о самочувствии, заставляют проходить обязательные процедуры дезинфекции и надевать на лицо маску. Это и понятно: перед стартом заболеть никак нельзя. – Как Александр пришел в отряд космонавтов? Он давно мечтал об этом? – Когда Саша учился в Черниговском летном училище, на одном курсе с ним учился Роман Романенко – сын дважды Героя Советского Союза, летчика-космонавта Юрия Романенко. Сейчас Рома тоже слетал в космос, и это на сегодняшний день вторая космическая династия в нашей стране. Так вот, в то время отец Романа пригласил друзей сына посетить Звездный городок. В числе приглашенных был мой супруг. Таким образом, Александр, еще будучи курсантом, побывал в этом легендарном месте, где готовятся к полетам наши космонавты. Я думаю, что именно тогда он и укрепился в мысли стать космонавтом. После окончания училища была служба на Дальнем Востоке, затем учеба в Монинской военной академии (Военно-воздушная академия имени Ю.А. Гагарина, расположенная в подмосковном Монино. – «НИ»), после окончания которой Александр попал служить в Звездный городок в Центр подготовки космонавтов. Вскоре был объявлен очередной набор в отряд космонавтов, и супруг начал меня плавно подготавливать, заводить разговоры о космонавтах, о том, как они готовятся. Я насторожилась. Поскольку мы жили в Звездном городке, я прекрасно знала, что собой представляет процесс подготовки будущих покорителей космоса, какие огромные нагрузки они испытывают, с какими трудностями сталкиваются. А однажды он пришел со службы и сказал, что написал рапорт на поступление и начинает проходить медицинское обследование. Я была против. И одной из причин моего нежелания в определенной степени была публичность этой профессии. Скажу честно, меня это пугало. И когда Саша поступил в отряд космонавтов, я долго к этому привыкала. Поначалу я приходила домой и рассказывала, что со мной вдруг начали здороваться совершенно незнакомые мне люди. На что супруг спокойно ответил: «Привыкай к этому». – Сами космонавты на вопрос, что самое сложное в их работе, отвечают – ждать. А как вам кажется? – Может быть, с их точки зрения, это и есть самое сложное. Но, на мой взгляд, не менее сложным являются сплошные испытания, постоянное напряжение, бесконечные экзамены, тренировки, выживания, прыжки с парашютом, постоянная необходимость поддерживать себя в определенной форме. Твои движения должны доходить до автоматизма, действия в любой нештатной ситуации ты должен знать, что называется, «назубок» и мгновенно принимать единственно правильное и верное решение. – Что будет напоминать Александру о доме и семье во время полета? – Во-первых, игрушка, которую ему подарила наша дочка Настя. Это маленькая собачка с длинными ушами и лапами на веревочках. Ей показалось, что будет интересно посмотреть, как эти лапки разбегутся в разные стороны в момент наступления невесомости. Естественно, фотографии. Причем Саша отбирал только те, на которых мы все вместе. Взял он и фото, где Настя маленькая, а мы молодые лейтенанты (Оксана, как настоящая жена военнослужащего, так и сказала: «мы – лейтенанты». – «НИ»). Источник: ФКА Роскосмос

ссылка на источник