Космос и Человечество

Корреспондент "РГ" побеседовал с первым российским космическим блогером Максимом Сураевым. Повод для встречи с космонавтом, уроженцем Челябинска, был нешуточный - ему, как выдающемуся земляку, вручили премию "Светлое прошлое". Помимо этого, он прекрасный собеседник, известен тем, что первым среди российских космонавтов завел на МКС личный блог, увлекательно рассказывая о деталях космического путешествия, которые обычно остаются за рамками традиционных сообщений с орбиты. Его вклад в популяризацию космоса не остался незамеченным. Журнал "Wired" признал его блог самым интересным и весёлым среди "космических". А коллеги с телеканала "Вести" назвали Максима Сураева "самым удивительным блогером года". Во время приезда в Челябинск космонавт встретился с учащимися челябинского Дворца пионеров и школьников и корреспондентом "РГ". "Российская газета": Максим Викторович, чья это была инициатива - вести блог на орбите? Максим Сураев: Мне предложили вести блог в пресс-службе Роскосмоса. Причем сначала никто не понимал, в каком формате это делать. Сказал - давайте попробуем, и, думаю, удачно получилось. Можно было ограничиться только сухими цифрами и фактами, но это же никому не интересно. Простому человеку надо, чтобы было действительно видно, чем и как занимается космонавт. Чтобы перед глазами возникала картинка, и он понимал, как мы живем и работаем на орбите… "РГ": Цензуры сообщений не было? Сураев: Практически никакой. Когда пишешь о такой серьезной сфере, как космос, ты все равно включаешь мозги и думаешь, что можно писать, а что нет, о последствиях, которые могут наступить. Какие-то незначительные корректировки были, но в основном все "один в один". "РГ": Что больше всего поразило, когда уже оказались в космосе? Сураев: Конечно, очень эмоционально сильное впечатление, когда после выведения на орбиту появляется возможность отстегнуться от кресла, открыть бытовой отсек, вплыть туда, посмотреть в иллюминатор и вот она - голубая планета. Вау! Она круглая! Как нам и говорили, но теперь я вижу это своими глазами (улыбается). Это незабываемо. "РГ": Домой звонили с орбиты? Сураев: Такая возможность есть только на станции. Мы двое суток до стыковки в маленьком кораблике ютились. А когда попали на МКС, первое, что сделал, после того, как закончили все процедуры консервации, просушили скафандры, смотрю - связь есть - сразу звонок домой: "Дорогая, привет! Ты знаешь, откуда я звоню?" (Улыбается). "РГ": Легко ли было так долго находиться к невесомости? Сураев: С одной стороны, невесомость дает совершенно невероятные ощущения легкости. Ты можешь передвигаться в пространстве с помощью движения пальцев. С другой стороны, в этой-то легкости и заключается ее коварство. Особенно, если ты долго находишься на орбите. Ведь мышцы человеку в космосе не нужны. Но если ты полгода не будешь их тренировать, то вернешься на землю растением или вообще киселем. Поэтому мы занимались спортом каждый день по два с половиной часа. Конечно, за долгое время нахождения в невесомости приобретаются "космические" привычки. Знаете, как мы друг другу передавали вилки за обедом? Толкнешь ее тихонько - она и пошла! А прилетел домой, по привычке решил "толкнуть" вилку - а она оп-па, упала…Удивительно (смеется). "РГ": А много ли было смешных случаев на орбите? Сураев: Вообще говоря, в космосе не до смеха. Понимаешь, что твоя работа венчает труд тысяч, десятков тысяч ученых, специалистов, что надо относиться к проводимым исследованиям и вообще ко всему, что происходит на МКС, крайне ответственно. Был, можно сказать, веселый случай, когда я нашел на МКС пшеницу, завезенную в один из прошлых прилетов, и "из хулиганских побуждений" поместил ее туда, где у нас росли салаты. Потом сообщил об этом на Землю. Мне отвечают: "Ничего страшного, пусть будет там". А потом, когда пшеница прижилась, мне говорят: выдергивай этот салат, а пшеница пусть растет! (улыбается). А вообще на орбите много удивительных вещей. Американцы, к примеру, проводили эксперимент с шарами, в которые под давлением был закачан азот. Внутри них много маленьких микродвигателей, которыми управляют с земли, заставляя их перемещаться по какому-то заданному маршруту. Фантастика! "РГ": Вы летели на станцию вместе с руководителем цирка "Дю солей". Как относитесь к космическому туризму? Сураев: Отношусь положительно. Считаю, что это нормально. Дело, которое служит популяризации, приносит деньги и идет не в ущерб профессиональной пилотируемой космонавтике - почему бы нет. Космические туристы - такие же участники полета. Они проходят полгода подготовки, ту же медицинскую комиссию, настраиваются на эксперименты, получают основные знания по системам корабля и станции: от того, куда сходить в туалет, где покушать и что делать, куда бежать, если не дай Бог, случится пожар или разгерметизация. От общения с Ги Лалиберте у меня остались самые положительные впечатления. Да, он фонтанировал идеями, энергия у него била через край. Но те моменты, когда надо собраться, быть серьезным, помогать нам или просто не мешать, он четко осознавал. Проблем с ним не было - только положительные эмоции. "РГ": В апреле исполняется полвека полету Гагарина. Президент России объявил 2011-й годом космоса. Сумеем ли мы сохранить передовые позиции в космической отрасли? Сураев: Мы остаемся в числе первых. Да, есть какие-то моменты, которые тревожат, но в главном мы по-прежнему лучшие. Сейчас уже без малого 10 лет прошло с начала работы международной космической станции, и могу сказать однозначно: без участия России ничего бы не получилось. Потому что ни технологии, ни знания, ни опыта по использованию долгосрочных станций, по длительным полетам ни у кого в мире не было. Американская программа "Шаттл" сворачивается - осталась пара запусков. И в результате все бремя ответственности, все обеспечение работы МКС ложится на плечи России. И опять же мы остаемся единственной державой, способной решать серьезные задачи в пилотируемой космонавтике. Источник: ФКА Роскосмос

ссылка на источник